Чад. Часть 1: Эйлат — Тель-Авив — Аддис-Абеба — Нджамена.

Категория: Путешествия Опубликовано 29.05.2013, в 00:34 Теги: , , , Просмотров: 468

Часть первая, вступительная, в которой я расскажу о мытарствах при покупке билетов, проблемах с израильской службой безопасности и перелете в центр Африки — в общем, о том, что может показаться неинтересным обычному читателю.

1.
Чад, заход на посадку

Я собирался начать свои заметки о путешествии в республику Чад с того момента, как мой паспорт окажется на стойке регистрации на рейс Тель-Авив – Аддис-Абеба – Нджамена в аэропорту Бен Гурион. Милая сотрудница аэропорта, улыбаясь во все тридцать два идеально ровненьких зуба, – так рисовало себе эту картину мое воображение – выпишет мне посадочный талон с местом у иллюминатора, пожелает мне счастливого пути, и я пойду скоротать время в Дьюти Фри. Однако горячее дыхание Африки ворвалось в мою жизнь за несколько часов до отлета в виде совсем уж дурацких проблем – начались типичные придирки, которыми так «прославились» пограничные службы Израиля. Но прежде чем продолжить эту неприятную тему, напишу небольшую предысторию.

Я уже несколько раз под заголовком «Как надо покупать билеты» выкладывал заметки о том, как добиться максимальной экономии, за счет трансферов, стыковок и прочего. Сегодня нарушу свои обычные правила и расскажу о том, что порой удобство вылета оказывается ценнее существенной экономии на билете. Нджамена – это такая дыра в центре Африки, куда в здравом уме люди не приезжают, а не в здравом даже едва ли получат визу. К тому же там периодически обостряется «войнушка». Еще год назад войска повстанцев штурмовали столицу, но были отбиты. Отголосок этих волнений докатился вскоре до соседней республики Мали и вверг красивейшее государство в гражданскую войну (слава Богу, я там успел побывать до этих событий). Получается, в Чад и из него летают только редкие местные жители, плюс всякие командировочные. Из приличных и надежных авиакомпаний, связывающих страну с внешним миром можно отметить только Air France и Ethiopian Airlines и с большим натягом камерунскую авиакомпанию Camair. Из неприличных – Авиалинии Судана, Тумаи Эир Тчад и еще парочку, которым не стоит доверять не только потому, что на них не купишь билеты через привычные системы бронирования, и не только из-за дрянного и давно списанного флота, на котором даже гастарбайтеров стыдно возить, а из-за очень ненадежного расписания. 

Это все лирика, а правда жизни была такова, что мне нужно было из Израиля попасть в Чад, который, как и некоторые другие арабские страны, считает Израиль не государством, а недоразумением. С учетом вышесказанного вариантов было два: через Париж и через Аддис-Абебу. Эир Франсем выходила такая цена, что я не полетел бы принципиально – под 80000 рублей, причем на отрезке Париж-Нджамена самолет есть не каждый день и как раз в нужные мне дни рейсов не было. Эфиопские авиалинии предлагали перелет за более гуманную сумму – что-то около 45000 рублей, даты и время перелетов подходили идеально, да и логистически этот вариант был удобнее. Но я был бы не я, если бы не попытался найти более дешевые варианты и такие варианты, как не странно были. Например, Дубай-Аддис-Нджамена выходил около 35000, а с вылетом из Каира билет стоил вообще 30000, а Экономия в 30 процентов – это существенная экономия, согласитесь. И начал я ломать голову на тему, как добраться из Израиля (а конкретнее из Эйлата) в Дубай или в Каир.

В Эмираты можно было попасть через третью страну, но цена билета съедала всю экономию. В Каир из Тель-Авива вроде можно попасть без пересадок, есть прямой рейс, но цена на него больше 300 долларов в одну сторону. Недорого получалось полететь через соседнюю Иорданию, но стыковки выходили очень продолжительные и неудобные.

Подумал я и о том, чтобы перейти израильско-египетскую границу в городке Таба, а из Табы уехать в Каир на автобусе, что было бы несомненно тяжело из-за многочасового переезда, но наверняка дешево. Но только вставала проблема с египетской визой: штамп, который можно получить на КПП в Табе не позволяет въезжать в африканскую часть Египта и действует только внутри Синайского полуострова. А на получение полноценной египетской визы нужно было бы выделить дополнительное время, а его и так было в обрез. Поломал я голову над всеми этими ребусами, плюнул и купил билеты с вылетом из Тель-Авива за тысячу с небольшим евро. На этом и успокоился.

Мой маршрут оказался очень непростым: Норильск – Москва – Тель-Авив – Аддис-Абеба – Нджамена с заездом в Эйлат на один день, где я пристроил скоротать мое отсутствие членов семьи. До прибытия в Эйлат мой маленький ребенок был своеобразным прикрытием, и дикие и бессовестные израильские службы безопасности меня не трогали. Но как только я остался один, то сразу же занял место в группе риска. Одинокий путник и без того напрашивается на вопросы, касающиеся мотивов и целей его поездки. А уж я со своими странными визами и штампами в паспорте — однозначно не мог избежать «проработки» по полной программе. И первая часть моего допроса состоялась как раз в аэропорту Эйлата на вылете в Тель-Авив. Собственно здесь, я считаю, и началось мое путешествие. 
— Что вы здесь делаете?
— Привез семью.
— Когда вы приехали?
— Вчера.
— И уже улетаете?
— Да, я оставил семью отдыхать, а сам еду путешествовать.
— Куда вы едите?
— В Чад.
— Куда-куда?
— В Чад.
— Где это?
— В Африке.
— Хм…Вы там были до этого?
— Нет.
— Вы там кого-нибудь знаете?
— Нет.
— Вы едите один?
— Нет, будет несколько человек, мы встречаемся в Аддис-Абебе.
— Кто эти люди?
— …
— Кого из них вы знаете?
— …
— Почему вы не берете с собой свою семью?
— Потому что это Чад! Кто едет в Чад с восьмимесячным ребенком?
— А почему вы не оставили семью где-нибудь в другом месте?
— А почему вы летите в Чад через Израиль, а не через, например, Украину?
— А что вы делали в Эритрее?
— А что вы делали в Эмиратах?
— А в Индонезии?
— А в Малайзии?
И так далее в течение часа. Где-то посередине допроса мне надоело подбирать слова на английском языке, я стал нервничать и попросил позвать кого-нибудь, кто говорит по-русски. На что услышал такое звонкое протяжное: «Ноууу», что решил вообще замолчать. Русскоязычного сотрудника все же пригласили и допрос продолжился.

Отвечая на эти дурацкие и одинаковые вопросы, повторяя которые они рассчитывают, что я начну путаться в своих показаниях и выдам тем самым свои темные мыслишки, я разглядывал сотрудницу службы Б, учинившую этот расстрел вопросами. Молодая, на первый взгляд лет 25, вполне себе симпатичная, она реагировала на мои ответы таким буйством эмоций, что я даже наткнулся на мысль, что меня из Эйлата если и выпустят, то только в наручниках. Было видно, что ей не нравится все: что я говорю и как, ей не нравятся мои странные визы, ей не нравится моя семья и маршрут, который я так долго и мучительно прорабатывал. И я задал себе вопрос: это у нее работа такая – в каждом подозревать террориста, а дома она нежная кошка? Если так, то я еще понимаю все это представление (я бы, наверное, сам показался бы себе подозрительным, будь я на ее месте), а если Израиль уже скультивировал у своих граждан такое отношение к приезжим, то нафиг такой Израиль?

Дальше вопросов, впрочем, дело не пошло. Меня проводили на стойку регистрации, даже не поинтересовавшись содержимым моего рюкзака, но при этом и не дав толком попрощаться с семьей. Я прилетел в Тель-Авив и за три часа до вылета встал в очередь к очередному досмотру. Тут такая система: сначала ты отвечаешь на вопросы младших сотрудников службы безопасности, если твоя история не кажется им подозрительной, то тебя отпускают на регистрацию, если же они считают нужным, то отправляют тебя на следующий круг ада, где пропускают багаж через специальный прибор сканирования, и при необходимости перетряхивают вещи, берут какие-то анализы и мозки. Ну а для самых мутных типа меня израильская военщина придумала личный досмотр. На эту тему много написано, были скандалы, когда эти звери, проверяя фото-технику, нафоткали своих задниц. Думаете кого-нибудь наказали? Наоборот, совсем недавно генпрокурор Израиля Йехуда Вайнштейн отметил, что сотрудникам безопасности аэропортов Израиля официально разрешается требовать у приезжающих туристов доступ к их электронной почте и депортировать в случае отказа.

Первые вопросы задает сотрудник низшего ранга, если он видит что-то подозрительное в ответах или в паспорте он передает бедного пассажира сотруднику чином выше. Меня так передавали аж три раза. Последним оказался светлый мужчина, который просканировал своим взглядом мою сетчатку, полистал паспорт и похлопывая им по ладони второй руки задал мне тот же набор вопросов, которые я уже неоднократно сегодня слышал. Закончив с вопросами, он пригласил меня на личный досмотр в отдельную комнату, где за занавесочкой велел снять штаны и прощупал каждый шов на одежде, каждую строчку, в том числе на трусах. Параллельно другой человек брал мазки: специальным щупом он водил по одежде, после чего погружал щуп в какой-то прибор, который, видимо, способен определять мельчайшие частицы ненависти к Израилю и его коренному народу на вашей одежде.

Одежда оказалась в порядке, но вот обувь… Сначала ее куда-то унесли, потом раздался громкий хлопок, следом за которым в кабинку, где я стоял без штанов, подошел сотрудник аэропорта и спросил: «А есть ли у вас другая обувь, чтобы продолжить путешествие?» Я в этот момент подумал, что хлопок и вопрос скорее всего связаны, и кроссовки мне просто разорвали или разрезали. Сменной обуви у меня не было. Следующая дюжина вопросов касалась этих злополучных кроссовок: где я их купил, хожу ли в них дома, в них ли приехал и т.п. Мою шутку на тему того, что раз обувь куплена в Тбилиси, то скорее всего турецкая, а от турок можно ожидать всего, чего хочешь — не оценили, и я предпочел вообще поменьше говорить лишнего. Пока шел досмотр, я вспомнил про свое серебряное кольцо, купленное в Эритрее. Все бы ничего, но на нем изображены два меча – распространенный знак в исламе, (меч, например, изображен на флаге Саудовской Аравии). Подумал, что если кольцо заметят – вопросов прибавится в разы. Не заметили. Вскоре мне вернули обувь и я смог одеться, но то, что посередине на каждом кроссовке оторвана подошва, я заметил только в Нджамене.

На все эти мытарства у меня ушло почти два часа. А дальше мне заявили, что досмотр окончен, я могу лететь, но вся моя техника — фотоаппарат с тремя объективами, айпад и мобильник — нужно будет сдать в багаж. На мои возмущения, что у меня нет чемодана, а в мягком рюкзаке все это разобьют, если не здесь, то в Эфиопии или в Чаде, мне ответили коротко и ясно: «У вас нет выбора.» Благо мне помогли упаковать все в пленку и даже выделили коробку. Закончив с упаковкой, меня проводили до стойки регистрации. Я предпринял попытку зарегистрировать багаж только до Аддис-Абебы, но мне почему-то отказали, а жаль: у меня был план вырваться из аэропорта и просто проехаться по эфиопской столице, которую я считаю олицетворением Африки и очень люблю. Все, что осталось со мной — банковские карты и паспорта, даже кепка и та была отправлена в багаж. Перед вылетом я успел только купить тетрадь и ручку, чтобы не бездельничать всю поездку и заскочил в самолет одним из последних.

_______________________________________________________

Я вертелся на своем месте у прохода. Попросил же посадить меня у окна, что ей сложно было? Все же к Израилю у меня остались претензии, как ни крути… Под окном уже не совсем пустыня, но и плодородными эти земли тоже не назовешь. Это сахель. Вот появились первые крыши, будь у меня сейчас фотоаппарат я бы сделал серию очень хороших кадров. Блестящие металлические крыши одноэтажных домов в пригороде. Неужели вся столица такая одноэтажная? Самолет совсем низко, под нами пронеслась главная жизненная артерия центральной Африки – река Шари, за ней появились несколько высоток (5 этажей здесь – это уже небоскреб). Ах как мне не хватало фотоаппарата. Сфотографировать центр города сверху – единственная возможность вообще его сфотографировать, в этом я убедился чуть позже. Так что если вдруг есть среди тех, кто читает эти строки, такие же сумасшедшие – просите места по правую сторону (у Эфиопских авиалиний это места JKL). Лайнер плавно сел, я успел заметить на отдельном перроне военные самолеты, скорее всего ВВС Франции — Чад не дорос до такой техники. За пределы полосы откачены два Ана: 12-й и 26-й. Цепкая рука «советов» добралась и до сюда. Возле здания аэропорта виднелась пара самолетов Тумаи Эир Тчад (даже не уверен, летают ли они или давно заржавели — в центральном расписании их точно нет), небольшой бизнес-джет, не иначе как президентский борт, и пара мелких винтовых самолетов. Терминал малюсенький, но вполне себе опрятный. 

2. Боинг 737-800 залетает на территорию Камеруна, делает разворот и садится со стороны приграничного камерунского городка Куссери. На фотографии ниже как раз его крыши:

3. В этой части границей между Камеруном и Чадом является река Шари. На другом берегу виден деловой квартал Нджамены, хорошо различимы минареты Большой Мечети:

4. Река Шари:

5. Здание аэропорта Нджамены. Справа припаркован Борт номер один.

Нжамена встретила нас страшной сорокапятиградусной жарой, после израильской прохлады, она буквально сносила с ног. Самолет остановился у самого здания аэропорта, но оставшиеся 20 метров пассажиров все равно перевезли на автобусе. Перед будками пограничников быстро образовалась очередь. Помимо сдачи привычной анкеты необходимо было пройти тягомотную процедуру снятия отпечатков с каждого пальца. Прикладывая по очереди пальцы к окошку сканера, я представил, как долго здесь вынужден зависать народ, прилетающий большим бортом из Франции. На выдаче багажа происходил страшный хаос, напомнивший мне девяностые годы, когда прилетающие в мой родной Норильск из-за плохого снабжения и высоких цен привозили с собой все, что могли, включая картошку. Среди мешков с непонятным барахлом и огромных коробок показался мой рюкзак и следом за ним коробочка с фототехникой. Как я и ожидал она потеряла все признаки куба — углы были смяты, как будто ее не перекладывали, а пинали ногами. Мысленно распрощавшись с техникой, я снял коробку с ленты и стал ее распаковывать. Удивительно, но всё оказалось целым и невредимым, только очень холодным.

На улице стоял невообразимый гам, народ распевал речевки, словно на митинге. Оказалось, что люди собрались здесь не для того, чтобы встретить отважных путешественников из России. Вместе с нами прилетела египетская сборная по футболу, и флаги, транспаранты и крики радости предназначались спортсменам. 

6.

Нас погрузили в джипы, за руль моей машины сел встретивший нас Хасан, огромный негр, одетый в традиционную восточную одежду. Скорее всего он принадлежит племени сара, земледельческому народу, проживающему на самом юге страны. Еще 30-40 лет назад у представителей этой народности (отличающейся высоким ростом) был обычай украшать себя путем деформирования различных частей тела. В частности женщины сара вставляли в губы пластинки или тарелки, доходившие диаметром до 40 см. Маловероятно, что этот элемент культуры дожил до наших дней, традиционные язычники за прошедшие годы омусульманились, о чем говорило и одеяние Хасана. Подобная традиция сохранилась лишь у нескольких племен в Эфиопии, но и те уже «отходят» от практики нанесения себе сознательных травм и шрамов, считая это пережитком прошлого. Как только я достал фотоаппарат, Хасан тут же мне заявил, что фотографировать в столице вообще запрещено. Ну, приехали, подумал я. Конечно, товарищ работает в туризме – должен знать и разбираться. Но в дальнейшем, я всегда старался сидеть во второй машине, где водителем был молодой паренек, не говоривший по-английски, он относился к фототехнике более лояльно, но скорее всего лишь потому, что не знал, как сказать про запрет.

Остаток дня мы провели в Нджамене, а на следующий день отправились на озеро Чад. О том, что удалось увидеть в столице будет следующий рассказ. А этот, чтобы не возвращаться к самолетной теме, я закончу несколькими фотографиями, сделанными уже на вылете из страны. Я улетал на день раньше своих попутчиков, провожал меня все тот же Хасан. Он странно поморщился, когда услышал, что я лечу в Тель-Авив, но ничего не сказал. Пройдя очередное сканирование отпечатков, я отправился в зал ожидания, удивляясь тому, насколько поверхностным был досмотр. Тогда я еще не знал, что переворачивать наизнанку ручную кладь улетающих здесь принято перед самой посадкой в автобус. (Кстати, часть моих попутчиков, вылетавших на следующий день, была не зарегистрирована на такой же рейс из-за отсутствия визы ОАЭ, совершенно не нужной при транзите, и была вынуждена остаться в стране на некоторое время. Ошибку сотрудников аэропорта, естественно, никто не компенсировал, и ребята попали на 900 евро, меняя дату вылета. Услышав эту историю, я вспомнил, что на регистрации представители авиакомпании долго выясняли нужна ли мне израильская виза, но хорошо, что выяснили. А то шанс неулететь был и у меня…)

7. Лайнер Эфиопских авиалиний:

8. Центр управления полетами:

9. На перроне, на заднем плане Ан-12:

10.

11. Еще один брошенный Ан, 26-й:

Когда автобус подвозил меня к самолету, я обратил внимание на два только что приземлившихся истребителя Рафаль авиаполка Нормандия-Неман ВВС Франции. Отсюда они летают бомбить боевиков-исламистов в Мали. Хотел было потянуться за фотоаппаратом, но вокруг было столько охраны…

12. Самолеты ВВС Франции:

13. На взлете, под нами спальные районы Нджамены:

14. Набор высоты:

15. Где-то над Суданом:

16. Boeing Sky Interior — то, до чего еще не доросли наши авиакомпании – уже обыденность в Африке:

Израиль меня принял также (в ковычках) дружелюбно, как и провожал. Я был снят прямо с трапа самолета, посажен в отдельный автомобиль и как ВИП-персона отвезен в аэропорт под охраной. А там я услышал все те же вопросы, которыми был по горло напичкан две недели назад. Допрос длился около часа, а потом мне вдруг встретился «старый знакомый», один из тех офицеров в штатском, раскалывавших меня на вылете (и я действительно был рад той встрече, не случись ее, кто знает, как бы развивались события). Я сказал, что знаю его, он подтвердил, что помнит меня, спросил, как я съездил. После этого меня почти сразу отпустили.

27-28 февраля, 13 марта 2013 г.

(Смотрим другие отчеты из этой поездки.)

Вы можете добавить меня в друзья в ЖЖ нажав СЮДА.
Или следить за обновлениями этого журнала и новыми рассказами в Facebook, ВКонтакте или Twitter.

P.S. Фото без подписи сделаны моими попутчиками, и не обязательно на тех же рейсах, которыми летел я.

Вы можете поддержать блог, сделав перевод c банковской карты или кошелька, через Яндекс.Деньги или PayPal.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Яндекс.Метрика